Usovski

Почему бронетанковый парк РККА устарел после первых выстрелов Второй мировой? Часть 1

Предвижу бурю возражений – но все же рискну повторить: на рассвете 1 сентября 1939 года, после первых выстрелов на германо-польской границе, ВСЯ бронетехника Рабоче-крестьянской Красной Армии превратилась в груду бесполезного (более опасного для его владельцев, нежели для потенциального противника) хлама, в гигантское скопище плохо покрашенного металлолома – абсолютно непригодного для начавшейся войны. При том, прошу заметить, что ещё 31 августа 1939 года все эти двадцать с лишним тысяч танков, бронеавтомобилей и танкеток РККА были вполне соответствующими своему предназначению боевыми единицами, пригодными для выполнения тех боевых задач, ради которых они создавались в 1930-1939 годах…

Почему автор отважился на столь рискованное утверждение, спросите вы?

Потому что в этот и последующие за ним семнадцать дней произошла радикальная смена военно-политического ландшафта в Восточной Европе – немцы решили вооруженной рукой решить вопрос Данцига и «коридора» - в результате чего через две недели боевых действий произошло крушение «панской Польши». Польша рухнула - и Красная армия лишилась того потенциального противника, против которого планировала вести боевые действия последние девятнадцать лет, для войны с которым готовила войска, разрабатывала планы стратегических операций и создавала боевую технику. Польша рухнула – и с этого момента потенциальным противником Красной армии становился вермахт – армия, в несколько раз превосходящая Войско Польское по технической оснащенности, моторизации, оснащению противотанковыми и противовоздушными средствами.

А к борьбе с ТАКИМ противником танки и бронеавтомобили РККА совсем не годились!

Для того, чтобы понять, почему ситуация сложилась столь трагично для нас – стоит вернуться к началу тридцатых годов, в то время, когда разрабатывалась военная доктрина Красной Армии и когда под эту доктрину её руководством заказывалось вооружение и боевая техника.

Как известно, «военная тревога» 1927 года выявила вопиющую неготовность Красной армии к войне с Польшей и Румынией – Штаб РККА, подсчитав совокупные силы всех западных соседей СССР, пришел к неутешительному выводу, что «ни Красная Армия, ни страна к войне не готовы Наших скудных материальных боевых мобилизационных запасов едва хватит на первый период войны. В дальнейшем наше положение будет ухудшаться (особенно в условиях блокады)».

Как выглядело соотношение вооруженных сил СССР и его вероятных противников в 1927 году? В случае всеобщей мобилизации ближайшие соседи СССР на западной границе (Польша, Румыния, Финляндия, Литва, Латвия и Эстония) теоретически (по мнению Разведупра РККА) могли выставить 113 стрелковых дивизий и 77 кавалерийских полков общей численностью более 2,5 млн. человек. Вероятные противники СССР располагали 5746 полевыми орудиями, 1157 боевыми самолетами и 483 танками. Причём Штаб РККА предполагал, что это – вооруженные силы первого эшелона, за которыми, рано или поздно, встанут вооруженные силы Франции и Великобритании. Кроме того, на Дальнем Востоке со стороны Японии и Манчжурии против СССР могло быть выставлено 64 пехотные дивизии и 16 конных бригад. На Среднем Востоке со стороны Турции, Персии и Афганистана против СССР могли выступить 52 пехотные дивизии и 8 конных бригад.

Армия СССР мирного времени в апреле 1927 года состояла из 70 стрелковых дивизий общей численностью 610.000 человек. Впрочем, цифра в 70 стрелковых дивизий – очень лукавая цифра. Потому что из этих семидесяти дивизий лишь тридцать пять (13 кадровых полного состава и 22 кадровых сокращенного состава) могут реально принять участие в активном отражении агрессии Польши и Румынии. Остальные должны ещё отмобилизоваться в срок от 3 до 7 недель. Итого (в случае всеобщей мобилизации) Красная Армия могла развернуть 92 стрелковые дивизии и 74 кавалерийских полка общей численностью 1,2 млн. человек. Красная Армия располагала 694 боевыми самолетами, 60 танками, 99 бронеавтомобилями и 42 бронепоездами.

ERGO? Советская Россия в 1927 году уступала коалиции лимитрофов (Польша, Румыния, Финляндия и республики Прибалтики) по живой силе – в два раза, в авиации – в два раза, в танках – в восемь раз, и только в полевой артиллерии имела с потенциальным противником некоторое равенство по стволам. Картина, как понимает читатель, весьма печальная…

Что предпринимает начальник Штаба РККА товарищ М.Н. Тухачевский? Он пишет докладную записку наркому обороны К.Е. Ворошилову. В которой объявляет о необходимости изготовить для Красной Армии «в течении 1928 года 50-100 тысяч танков»! Странно, что не миллион…

Впрочем, прожектерство товарища Тухачевского можно понять. В 1920 году поляки наголову разгромили предводительствуемый им Западный фронт, отбросили его остатки за Березину и навязали Советской России тяжелый и позорный Рижский мир. И бывший командующий Запфронтом исступленно мечтал о своем личном, персональном реванше в Привислянском крае – для чего и писал время от времени разного рода фантастические прожекты непосредственному руководству. Так, уже будучи пониженным в должности до командующего Ленинградским военным округом – в 1930 году он опять сочиняет эпистолу с предложениями к концу пятилетки дать РККА (доведенную по этому плану до 260 стрелковых и кавалерийских дивизий и до 50 дивизий артиллерии) 40 тысяч самолетов и 50 тысяч танков – проще говоря, довести к 1933 году численность армии до 11 миллионов человек.

Прожекты товарища Тухачевского были высмеяны на самом высоком уровне – но, рациональное зерно из них, тем не менее, было извлечено…